Крылья на тормозах: почему мировая авиация столкнулась с топливным голодом

Сотни рейсов по всему миру отменяются не из-за шторма или забастовок. Причина прозаичнее и тревожнее: авиакомпании сталкиваются с острой нехваткой авиатоплива или не могут потянуть его взлетевшую цену. Это не временные трудности, а системный кризис, который уже меняет карту мировых перевозок, заставляя пассажиров платить больше, а авиаперевозчиков — сокращать маршруты.

Корни проблемы — в идеальном шторме геополитики и экономики. Напряженность на Ближнем Востоке, особенно вокруг ключевых нефтяных маршрутов, держит рынок в состоянии лихорадки. Цена на нефть марки Brent уже преодолела отметку в 95 долларов за баррель, а стоимость авиакеросина, который из нее производят, взлетела еще выше. Однако дело не только в цене. Мощностей нефтеперерабатывающих заводов, которые могут произвести нужное топливо, катастрофически не хватает. После пандемии многие НПЗ закрылись навсегда или перепрофилировались, и созданный дефицит ничем не восполнили.

Последствия ощущаются мгновенно. Первыми под нож пошли малорентабельные рейсы, особенно у лоукостеров, чья бизнес-модель держится на дешевом топливе и полных салонах. Авиакомпании в Европе, Азии и на Ближнем Востоке уже объявили об отменах и «корректировках расписания». Для перевозчиков, чьи маршруты пролегают рядом с зоной потенциального конфликта, добавляется еще и астрономический рост страховых взносов.

Крупные американские авиакомпании пока держатся благодаря финансовым страховкам — хеджированию, которое они оформили ранее. Но эта защита временна. Когда контракты истекут, страховаться по нынешним ценам будет невероятно дорого. А пассажиры уже чувствуют удар по карману: средняя стоимость билетов заметно выросла, а на международных направлениях появились отдельные топливные сборы.

Эксперты проводят мрачные параллели с 2008 годом, когда из-за скачка цен на нефть обанкротились десятки авиакомпаний. Сейчас отрасль вышла из пандемии с гигантскими долгами, а спрос на перелеты, вопреки всему, бьет рекорды. Хрупкое равновесие нарушено. Что дальше? Если геополитическое напряжение спадет, цены могут отступить. Но структурный дефицит мощностей по переработке нефти никуда не денется — на строительство новых заводов нужны годы. Если же кризис усугубится, нас ждет настоящая перезагрузка отрасли, где выживут только самые сильные игроки, а слабые станут добычей для фондов, скупающих активы по дешевке. Пока же авиация, заложница обстоятельств, вынуждена принимать решения буквально понедельно, а пассажиры — мириться с новыми реалиями, где за право подняться в небо приходится платить все больше.