Прочитал про то, как детей сейчас трудно растить.Трудно, спору нет.Отец у меня седьмой ребёнок в семье, для наших отцов-дедов не редкость,порасспросите родителей. Ну седьмой и седьмой. Родился он под Орлом в 41году в октябре. В октябре, это так мать запомнила, сестра говорит, что вноябре, но не суть. Почему не запомнили, и метрики нет, это как разпонятно, началась оккупация. А Витёсек (что удивительно, Витёсеку под70, а для старшей родни всё Витёсек) только народился. Оккупация, троестарших сыновей на фронте, старшую дочь в Германию угнали, домассыкухи-сёстры и мой дед - инвалид с Первой мировой.Тётки говорят, что немцы в оккупации нормальные были, не зверствовали,хуже были финны, румыны и прочие туисты, те убивали, грабили и резали.Союзники ж, надо оправдывать доверие.Поставили им в хату на постой австрияков. Отец мелкий, голодно, холоднокричит постоянно. Трудности, спросите? Это не трудности. Трудностиначались, когда офицер-австрияк приказал ему заткнуться, спать мешал.Батя не заткнулся. Офицер взял его за ногу и потащил в печку. Ледовоепобоище смотрели? А мама Наташа взяла ухват, сунула австрияку в рыло,схватила Витёсека и ходу. Австрияк отца до печки донёс, на пузе шрам отгорячей заслонки остался.Поселилась баба Наташа в овраге за деревней, с детьми осталась свекруха.Зима, нора в снегу на краю оврага, малые дети в хате, жрать нечего, нилекарств, ни одежды, ни книг доктора Спока, ни х"я. А свекруха говорит,мол, оставь мелкого в сугробе, он покричит-покричит, да и помрёт. Асама, мол к детям иди, ты им нужнее. По-житейски, может оно так и надобыло, только мама Наташа рассудила по-своему. Так там и жила, покаавстрияков в феврале не сменили. Искренне надеюсь, что они так тут у наснавсегда и остались.Мораль? Нету. "И поэтому так называемые трудности мне непонятны." (с) Суважением.
