Произошло это в 1993 году в достославном г. Новосибирске. В то время я,как и остальная прогрессивная молодежь, нацелил свои лыжи в аспирантурув Америку или какую еще западную страну. Широкого доступа к интернетутогда еще не было, и я получал проспекты от западных университетов попочте. Из почтовых ящиков корреспонденция нередко пропадала, поэтому яуказывал, чтобы западные университеты слали мне письма "довостребования", т. е. я забирал их в почтовом отделении. Как сказатьпо-английски "до востребования", я не знал, но мой русско-английскийсловарь подсказал, что американский эквивалент будет "General delivery".Что я и указал как свой почтовый адрес.Как-то звонят мне из Кировского райвоенкомата, и интересуются, не ожидаюли я письма из Австралии. Я немного пугаюсь (времена-то были еше те), иговорю, что да. Меня просят прийти к начальнику военкомата. Я внекотором волнении прихожу к начальнику, и он, поспрашивав немного иубедившись, что я и есть адресат, отпирает свой сейф и бережно достаетбольшой желтый конверт с красивыми цветными наклейками и надписями набуржуинском языке (тогда это еще была экзотика). На конверте --внимание! -- усилиями местных сотрудников почтамта написан перевод:"Генералу такому-то". Начальник военкомата говорит мне, что им принеслиэтот конверт. Они сверились со списками зарегистрированныхвоеннослужаших, но генерала с такой фамилией не нашли. После долгихпоисков нашли меня -- лейтенанта в резерве -- с такой же фамилией.После того как я признал письмо своим, начальник поинтересовался, несобрался ли я в Австралию. Это было как раз то время, когда лейтенантовв резерве превращали в действительных лейтенантов... а у меня как разуже было приглашение в австралийский университет и лыжи были смазаны. Ячестно посмотрел в глаза военоначальнику, и откровенно признался, чтоникуда не собираюсь, и что это была научная переписка. К моемуудивлению, он больше не спрашивал, и быстро отпустил.Я уже 11 лет как проживаю в Австралии, укрепляю оборонную мощь новогоместа жительства.va1erian
